СЕВАСТОПОЛЬ: АТЛАНТЫ БАРДОВСКОЙ ПЕСНИ

Севастополю повезло! Как выяснилось в творческом поиске - все пять великих бардов ХХ столетия: Вертинский, Окуджава, Галич, Визбор, Высоцкий оставили след в истории города, дав нам, экскурсоводам, богатую «пищу» для вдохновенных рассказов.

Зарисовки «Автограф Вертинского» и «Шинель Окуджавы» я сделал в предыдущих номерах газеты. Продолжим кропотливо искать новые «изюминки» к эксклюзивной литературно-музыкальной экскурсии.

Домик Галича

Александр Галич прожил в Севастополе всего три года – с 1920 по 1923. Но впечатления пятилетнего ребенка ярко врезались в память. Галич всю жизнь помнил чудные штрихи своего детства: краски, звуки, запахи южного города. Любил убегать из дома, благо пристань находилась рядом, и наблюдать, затаив дыхание, за плывущими в бухту кораблями…

И спустя много лет, иногда он видел во сне небольшой двухэтажный домик и дворик: «Мы жили в таком смешном доме, деревянном: во дворе у нас росла пыльная акация, рядом стояла мечеть, и муэдзин по вечерам произносил свою молитву». И еще: «Запахи Севастополя – первого города, живущего в моей памяти, - были летними: мокрые и теплые камушки, соленая морская вода в нефтяных разводах и гниющие на берегу водоросли».

Нет давно уже деревянного домика. На старой севастопольской улице осталась только мечеть, тоскливое соло муэдзина да витающая где-то там, между пыльными акациями, еле уловимая музыка слов поэта о любимом городе:

Я не вспомню, клянусь,
я и в первые годы не вспомню
Севастопольский берег,
Почти небывалую быль.
И таинственный спуск
в Херсонесскую каменоломню,
И на детской матроске
Эллады певучую пыль…

Песню «Опыт ностальгии» Александр Аркадьевич написал накануне отъезда из СССР.
Еще две маленькие детали о Галиче и Севастополе. Александр Аркадьевич бывал на малой родине еще только один раз в 1958 году, проводя семинар для молодых местных авторов. И в послевоенные годы в театре им. Луначарского с успехом шли его популярные пьесы - «Вас вызывает Таймыр» и «Походный марш».

«Солнышко» Юрия Визбора
Помните: «Милая моя, солнышко лесное…». Сколько раз на горных приютах, работая в юности инструктором по туризму, пел я вместе с группой эту задушевную песню…

Но было в судьбе Ю.Визбора еще одно «Солнышко». Крымское. Севастопольское.

Так называется придорожный ресторан на Ялтинской трассе. Местные жители окрестили его по-простому – «Шайба», по причине схожести с этим предметом. Так вот, с этим обычным с виду советским трактиром связана история создания замечательной песни. Она называется «Одинокий гитарист».

Одинокий гитарист
В придорожном ресторане.
Черной свечкой кипарис
Между звездами в окне.
Он играет и поет,
Сидя будто в черной раме,
Море черное за ним
При прожекторной луне.

18 января 1983 года, почти на излете своей жизни, Юрий Иосифович приезжал вместе с артистом Таганки Вениамином Смеховым в гости к севастопольским кээспэшникам. Послушав песни ребят, он затем сам взял в руки гитару…
Возвращаясь в Ялту, Визбор со своими попутчиками заехал на короткое время в ресторан «Солнышко». Одинокий грустный «лабух», его «человеческая речь в изложенье нежных нот» произвели на Юрия Иосифовича настолько глубокое впечатление, что буквально в ту же ночь он написал:

Он играет и поет,
Все надеясь и надеясь,
Что когда-нибудь добро
Победит в борьбе со злом.
Ах, как трудно будет нам,
Если мы ему поверим:
С этим веком наш роман
Бессердечен и нечист.
Но спасает нас в ночи
От позорного безверья
Колокольчик под дугой –
Одинокий гитарист.

Самое интересное, что, написав песню, Визбор взял такси из Ялты и помчался обратно в «Шайбу». Он очень хотел спеть тому одинокому незнакомцу-гитаристу свою сокровенную мелодию и только что рожденные, посвященные ему стихи. Но судьба-злодейка выбросила монетку несчастливой стороной: два одиноких путника разминулись на дороге жизни. Официантка пожала плечами: «Ничем не могу помочь. У Сережи выходной».
Печально, словно сама песня, закончилась эта необычная история: через год Визбор умер.

Теперь на месте легендарной «Шайбы» возвышается новое современное «Солнышко». Как и полагается богатым людям, построили добротно, с изыском. А все-таки в этом лоске ощущается какая-то фальшь. Ее-то и обнажил в своей песне «Почти эпитафия» известный севастопольский бард Андрей Соболев:

Снесен ресторан придорожный:

Ну что ж, остается вздохнуть.
А думалось, что невозможно
На стены его посягнуть.
Но это владельца выбор
На снос его и покупал.
А то, что писал тут Визбор,
Да мало ли кто писал…

Исчез навсегда в пыли прошлого столетия придорожный трактир «Шайба». А «Солнышко» Визбора по-прежнему сияет удивительной песней.

ФОТО:
Севастопольский музыкант Сергей Погребняк (фото Дмитрия Метелкина)
«Квартирник» Юрия Визбора в Севастополе (фото Анатолия Тан